ПОБЕГ, ОСТАНОВИВШИЙ «АНГЕЛА СМЕРТИ»

70 лет назад, 8 февраля 1945 г. Михаил Петрович Девятаев угнал из плена немецкий бомбардировщик «Не-111»

Имя Героя Советского Союза, уроженца Мордовии, казанца, лётчика Михаила Петровича Девятаева известно всему миру. Его подвигом принято называть дерзкий побег на самолёте Не-111 с секретной немецкой ракетной базы Пенемюнде. Побег из Кандагара российских летчиков считают повторением подвига Девятаева…
Да, М.П. Девятаев и 9 его товарищей смогли спастись от неминуемой казни. Но в этом ли главный смысл их побега?

«Я уверенно смотрю в будущее. "Оружие возмездия", которым я располагаю, изменит обстановку в пользу Третьего Рейха.» - эту фразу Адольфа Гитлера, опубликованную в газетах Германии 24 февраля 1945 г., кто-то считает блефом. Была ли возможность у фюрера не только продлить Вторую мировую войну, но и устроить в Европе «урановый полигон»?
Сегодня каждый школьник может прочесть опубликованные документы из архивов фашистской Германии о том, что 14 февраля 1945 г. состоялось последнее испытание ракеты ФАУ-3, завершившее историю Пенемюнде на острове Узедом. Был сорван "серийный" полёт немецких ракет системы A9/A10, дополнительная разгонная ступень которых позволила бы посылать боеголовки с оружием массового поражения на тысячи километров и даже выводить космические спутники.
Известно и то, что германские ученые не успели изготовить атомную бомбу, но уже имели столько обогащенного урана, что его вполне хватило бы для организации десятков «чернобылей» не только в Европе, но и в Америке.

Почему же только 14 февраля 1945 г. стало возможным полное уничтожение самого главного ракетного полигона Германии? Неужели союзники антигитлеровской коалиции не знали о реальной опасности? Почему массовые бомбежки Лондона ракетами ФАУ-2 не были остановлены еще в 1944 году?

Засекреченный подвиг

Лишь в феврале 2001 года Михаил Петрович Девятаев рассказал корреспонденту газеты «Красная Звезда» о том, как его побег был связан с базой Пенемюнде и почему высшей награды родины – звания Героя Советского Союза – он был удостоен лишь в 1957 г. по представлению генерального конструктора С.П. Королева.
Подробности герой рассказал в видеоинтервью, записанном автором этих строк 8 февраля 2002 г. Его может увидеть каждый желающий на сайте «Мемориал Великой Отечественной войны» (Kremnik.ru).
Суть в том, что именно М.П. Девятаев оказался в команде маскировки ракет ФАУ на полигоне и именно он сообщил советскому командованию координаты стартовых площадок с точностью до сотни метров. Эта информация позволила разбомбить не только ракеты на старте, но и подземные цеха по производству «грязной» урановой бомбы. Это была последняя надежда Гитлера на продолжение Второй мировой войны до полного уничтожения всей цивилизации.
В интервью летчик-герой рассказал: «Аэропорт на острове был ложный. На нём выставили фанерные макеты. Американцы и англичане бомбили их. Когда я прилетел и рассказал об этом генерал-лейтенанту 61-й армии Белову, он ахнул и схватился за голову! Я объяснил, что надо пролететь 200 м от берега моря, где в лесу скрыт настоящий аэродром. Его закрывали деревья на специальных передвижных колясках. Вот почему его не могли обнаружить. А ведь на нём было около 3,5 тыс. немцев и 13 установок «Фау-1» и «Фау-2»».
И не менее важным был факт, что угнанный самолет Не-111 был… пультом управления ракетой ФАУ-2. Михаил Петрович в своей книге «Побег из ада» публикует воспоминания очевидца побега Курта Шанпа, который в тот день был одним из часовых на базе Пенемюнде: «Был подготовлен последний пробный старт V-2 («Фау-2»)… В это время совсем неожиданно с западного аэродрома поднялся какой-то самолёт… Когда он оказался уже над морем, с рампы поднялся ракетный снаряд V-2. …в самолёте, который был предоставлен в распоряжение доктора Штейнгофа, бежали русские военнопленные».
Сам Девятаев в разговоре с автором этих строк добавлял: «На самолете был радиоприёмник, чтобы задавать курс ракете «Фау-2». Самолёт летел сверху и по радиосвязи направлял ракету. У нас тогда ничего подобного не было. Я, пытаясь взлететь, случайно нажал кнопку старта ракеты. Потому она и полетела в море.»
А что касается сотрудничества с С.П. Королевым, есть не только воспоминания Девятаева об этой встрече в сентябре 1945 г. на Пенемюнде, но и известное фото. На нём все светила советской ракетной программы стоят «ан фас», а слева рядом с С.П. Королевым скромно отвернулся в обычной шинели и пилотке вчерашний «беглец», подследственный М.Девятаев.

Советский летчик попал на ракетную базу Германии не случайно.

Не менее важно и то, что сам Михаил Девятаев попал на секретную ракетную базу Пенемюнде не случайно. Фашисты никогда не допустили бы появления на своем самом секретном объекте пленного летчика. В лагере «Заксенхаузен» Девятаева приговорили к смерти и, как считалось в немецких документах, уничтожили. Если верить распространенной версии, от неминуемой смерти Михаила Петровича спас некий парикмахер. Это он помог ему изменить имя и с жетоном угнанного в неволю украинского учителя проникнуть на полуостров Узедом. Оказалось, что это был не простой парикмахер, а член подпольной организации. Узнать об этом удалось случайно.
Автору этих строк завещана переписка известного джалилеведа Р.А. Мустафина с участниками антифашистского Сопротивления. В одном из писем бывший подпольщик, полковник Николай Степанович Бушманов сообщил писателю, что будучи в плену, встречался не только с Мусой Джалилем, но и с Михаилом Девятаевым. Подробно рассказал о том, как членам так называемого «Берлинского комитета ВКП(б)», в котором были даже солдаты РОА, удавалось содействовать побегам тысяч военнопленных, организовывать диверсии на оборонных заводах Германии. В том числе удалось путем подмены жетона отправить Девятаева на базу Пенемюнде. Сейчас об этом можно прочесть даже в интернете, но в 70-е годы прошлого века даже сам Бушманов не имел права об этом писать. Хотя Девятаев знал об этой «услуге» и при встрече они вспоминали об этой невероятной удаче.
Разведчик Михаил Иконников из Архангельска писал Р.Мустафину, что у него есть готовый к публикации материал о берлинском подполье, и добавлял: «Но нужно имя. Остановились на Девятаеве. Пусть пойдёт эта статья за его подписью…» Очевидно, что Михаил Петрович имел отношение к Берлинскому комитету ВКП(б) и потому мог поставить подпись под материалом.

Всех, кто желает убедиться в сказанном и увидеть упомянутые выше документальные свидетельства, приглашаю к нам в Музей-мемориал Великой Отечественной войны, который находится в Казанском кремле.

Михаил ЧЕРЕПАНОВ

На фото: план базы Пенемюнде, деталь двигателя ФАУ-2 - главный "трофей" М.П. Девятаева и С.П. Королева, который до сих пор находится в КАИ.

Самое обидное, что даже порядочного теплохода на Волге не нашли, чтобы присвоить ему имя М.П. Девятаева.
Посмотрите на этот баркас. Стыдоба...

Фото: 

Комментарии

Читайте о том же в Казанских ведомостях за 10 июля 2008 г.
"Завещание Михаила Девятаева. Сенсационная сторона подвига легендарного летчика"

С уважением, Михаил Черепанов echovoyni@ya.ru

Фильмы о ФАУ-2. Оцените масштабы угроз.

"https://www.youtube.com/embed/eJz2PHsZFd0"

С уважением, Михаил Черепанов echovoyni@ya.ru

См. видеоинтервью М.Девятаева 8.2.2002 на нашем сайте.

С уважением, Михаил Черепанов echovoyni@ya.ru

Слинкова Людмила Ивановна. Воспоминания о дяде. (Н.С. Бушманове)

В блоке смертников, в лагере «Заксенхаузен» Бушманов снова организует подполье. В него входит и летчик Девятаев М.П. О том как был организован этот сумасшедший полет написано в книге «Полет из ада», а вот фамилию автора, сподвижника Бушманова и Девятаева я не помню, помню что он был по профессии журналистом и жил вроде бы в Череповце.

В это время популярны стали в прессе сюжеты о таких вот врагах-героях. Вышла «Брестская крепость» Смирнова, и Николай Степанович связался с автором. Смирнов встретился с дядей Колей и еще одним его соратником (который через много лет писал в «Литературной газете» о Бушманове в связи с появлением «Зубра» Гранина о роли Николая Степановича в «Берлинском комитете»), выслушал их рассказы и вот что сказал: «Вы меня тоже поймите, я должен пером зарабатывать на хлеб с маслом, а ваши одиссеи могут дать мне либо славу, либо пайку. Пока я о вас писать не берусь…» Велик был еще страх перед жерновами Родины!

А журналист Корольков не испугался и написал в «Огоньке» большой разворот «Берлинский комитет», собирался писать книгу, но что-то не сложилось. «Полет из ада» про Девятаева был издан и до сих пор время от времени я читаю или слышу по радио об этом невероятном подвиге и всегда, вспоминая Отечественную войну, говорят и пишут о Бушманове и Рыбальченко, о Девятаеве.

Однажды в Москве, после похорон тети Лели в 1966 году, когда на поминки пришли все герои этих событий, я слушала их воспоминания. И Рыбальченко, и Девятаев, и те друзья Бушманова, которых я не помню по фамилии, кроме разве генерал-лейтенанты Кригнера Михаила Александровича, начальника спецотдела академии Фрунзе (или Крюгера?), все с большим уважением и восхищением говорили о жене Бушманова, которая не предала его, не бросила. Отзывали и о нем самом, как бесконечно стойком, честном и мужественном человеке.

Хоронили дядю Колю в 1975 году на лафете, с залпами, с воинскими почестями. Я не была на похоронах, знаю только из писем друзей и рассказов. У него болело сердце, он каждый год лечился в санаториях Министерства Обороны, но однажды утром, когда нес из кухни кофе в постель для жены, упал и умер у себя дома, в московской квартире. Его кремировали и урну с прахом поместили в колумбарии на территории Донского монастыря, там же, где и его жену.

С уважением, Михаил Черепанов echovoyni@ya.ru

Равиль Вениаминов:

"А в интернете, кстати, доходят до того, что высказывают версии о том, что Девятаева специально забросили к немцам в тыл, чтобы раскрыть тайны ракетного оружия. Есть также версии, что Девятаев спас Лондон от Фау, раскрыв секреты немецких ракетных установок на острове. И это при том, что уже в феврале 1945 года все ракетное и научное оборудование было эвакуировано с острова.

Грустно все это. Есть Подвиг, и есть вокруг него столько ненужного. Можно встретить в статьях о Девятаеве информацию, что он был под следствием еще в 1937 году, и много такого, что надо проверять, анализировать, но кто это будет делать? Будет ли госзаказ на объективную историю одного из многих героев той страшной войны?"

ОТВЕТЫ:

В. Песков. «Комсомольская правда» № 31 (18235), 7 февраля 1985 года

В Балтийском море на линии к северу от Берлина есть островок Узедом. На западной его оконечности располагалась секретная база Пенемюнде. Ее называли «заповедником Геринга». Тут испытывались новейшие самолеты. Тут находился ракетный центр, возглавляемый Вернером фон Брауном. С десяти стартовых площадок, расположенных вдоль побережья, ночами, оставляя огненные языки, уходили в небо «Фау-2». Этим оружием фашисты надеялись дотянуться аж до Нью-Йорка. Но весной 45-го им важно было терроризировать более близкую точку – Лондон. Однако серийная «Фау-1» пролетала лишь 325 километров. С потерей стартовой базы на западе крылатую ракету стали запускать с Пенемюнде. Отсюда до Лондона более тысячи километров. Ракету поднимали на самолете и запускали уже над морем.
Авиационное подразделение, осуществлявшее испытания новейшей техники, возглавлял тридцатитрехлетний ас Карл-Хайнц Грауденц. За его плечами было много военных заслуг, отмеченных гитлеровскими наградами. Десятки «Xейнкелей», «Юнкерсов», «Мессершмиттов» сверхсекретного подразделения участвовали в лихорадочной работе на Пенемюнде. В испытаниях участвовал сам Грауденц. Он летал на «Хейнкеле-111», имевшем вензель «Г.А.» – «Густав Антон». База тщательно охранялась истребителями и зенитками ПВО, а также службой СС.
8 февраля 1945 года был обычным, напряженным, с нервными перегрузками днем. Обер-лейтенант Грауденц, наскоро пообедав в столовой, приводил в порядок в своем кабинете полетные документы. Внезапно зазвонил телефон:
– Кто это у тебя взлетел, как ворона? – услышал Грауденц грубоватый голос начальника ПВО.
– У меня никто не взлетал...
– Не взлетал... Я сам видел в бинокль – взлетел кое-как «Густав Антон».
– Заведите себе другой бинокль, посильнее,– вспылил Грауденц, – мой «Густав Антон» стоит с зачехленными моторами. Взлететь на нем могу только я. Может быть, самолеты у нас летают уже без пилотов?
– Вы поглядите-ка лучше, на месте ли «Густав Антон»?..
Обер-лейтенант Грауденц прыгнул в автомобиль и через две минуты был на стоянке своего самолета. Чехлы от моторов и тележка с аккумуляторами – это все, что увидел оцепеневший ас.
«Поднять истребители! Поднять все, что можно! Догнать и сбить!»....Через час самолеты вернулись ни с чем.
С дрожью в желудке Грауденц пошел к телефону доложить в Берлин о случившемся.
«Геринг, узнав о ЧП на секретнейшей базе, топал ногами – «виновных повесить!» 13 февраля Геринг и Борман прилетели на Пенемюнде...» Каким образом голова Карла-Хайнца Грауденца уцелела – остается загадкой. Возможно, вспомнили о прежних заслугах аса, но скорее всего, ярость Геринга была смягчена спасительной ложью: «самолет догнали над морем и сбили».

ОТ ЧЕРЕПАНОВА:

О том, что Девятаева арестовывали еще до войны, первым узнал и рассказал с СМИ я. Я нашел дело М.П. Девятаева в архиве МВД Татарстана.
Михаил Петрович еще при жизни приходил к нам в редакцию Книги Памяти и попросил организовать знакомство со своим делом. Прочитал и вспомнил фамилию следователя, рассказывал мне о том, как его били и заставляли признаться, что он проджал за рубеж сведения о переписи населения. Но было это не в 1937 г, уже перед самой войной.

С уважением, Михаил Черепанов echovoyni@ya.ru

Я преклоняюсь перед подвигом поколения вов.Скольких подвигов мы не знаем и никогда не узнаем.Одну бабушку пытал рассказать как она воевала,она говорит: я дала подписку о не разглашении( ей под 90): в войну она была в разведке, вообще на тему войны не говорила.Муж ветеран смерша говорит даже я не знаю чем она занималась в войну,знаю что была глубоко в тылу.

Вот это воспитание...

С уважением, Михаил Черепанов echovoyni@ya.ru

 

 


Владелец домена, создание и сопровождение сайта — Елена Сунгатова.
Первоначальный вариант Книги Памяти (2007 г.) предоставлен — Михаилом Черепановым.
Время генерации: 0.143 сек