ДВЕ ЖИЗНИ КАПИТАНА УТЯШЕВА

В августе 1944 года наши земляки участвовали в освобождении Франции от фашистов.
(Пояснительная записка в документах и фотографиях.)

Михаил ЧЕРЕПАНОВ
Журнал "Татарстан", № 10, 1993 г.

Вместо эпиграфа
Из разговора с подполковником КГБ:
- Сейчас, полвека спустя, может ли считаться служба в Татаро-Башкирском легионе предательством Родины?
- Нет, так вопрос не стоит.
- Почему до сих пор не реабилитированы те легионеры, которые были в его составе? Почему их не считают ни военнопленными, ни участниками войны?
- Мы не можем реабилитировать всех подряд. Надо разбираться в каждом конкретном случае, изучать документы...
- Неужели пятидесяти лет для этого не хватило?
- А вы знаете, что с Татарским легионом не все так просто, Есть факты, свидетельствующие о его участии в боях против французских партизан - маки...

От автора
Когда состоялся этот разговор, я еще ничего не мог возразить офицеру КГБ. Казалось, что доводы этого человека основываются на документах, скрытых в секретных архивах. Даже если с ними нельзя познакомиться самому - спорить с представителем «компетентных» органов у нас не принято.
Но вот, прочитав мою очередную публикацию о Татаро-Башкирском легионе, откликнулся один из бывших участников тех событий - «капитан Николас», как звали его французские партизаны, Амир Галимьянович Утяшев - по следственным материалам КГБ.

- Приходите ко мне, - услышал я в трубке телефона его голос, - все необходимые документы у меня дома. Мне их вернули лишь в 1988 году...
Ознакомившись с архивом Амира Галимьяновича, узнав его судьбу, я понял: все настолько невероятно, что на слово мне не поверит ни офицер КГБ, ни читатель. Потому в основу своего рассказа об Утяшеве положил документы из его архива. Получилось что-то типа пояснительной записки, которую писали легионеры, попав после войны в «ежовые рукавицы» СМЕРШа. Не все в ней изложено по «форме», может быть, не всегда соблюдена логика. Но ведь на то она и пояснительная записка: пишешь для того, чтобы поверили, сняли, наконец, с человека тяжелое обвинение в предательстве. (В далеком 1946-м для Утяшева это был приговор к расстрелу.)
Прошу прощения у искушенного читателя за сухость строк этой записки - документ есть документ. Разве что удалось внести авторские пояснения к переводам с французского языка.
Подчеркну, что большинство изложенных фактов на страницы печати не попадало - закрытые архивы КГБ не рассчитаны на гласность. Именно поэтому многое покажется непонятным, возникнут вопросы: почему? что было до и после? кому нужно было секретить все это? Скажу сразу: ответа не знаю. Чтобы его найти, нужно изучить сотни подобных архивов, хранящихся в личных делах бывших легионеров. Попытаюсь лишь приоткрыть страницу правды о судьбе легиона «Идель-Урал», в составе которого было около 20 тысяч наших соотечественников разных национальностей из разных регионов Поволжья. Итак, пусть говорят документы.

Татары в Ле-Пюи

В августе 1943 г. штабной батальон легиона «Идель-Урал» на двух эшелонах под конвоем немецких командиров прибыл во Францию. Переправить его сюда гитлеровское командование решило после того, как 825-й батальон этого легиона в феврале того же года численностью в 500 человек перешел на сторону белорусских партизан в Витебской области, а 827-й батальон вновь предпринял такую же попытку в июне под Станиславом (ныне - Ивано-Франковск). Правда, во втором случае к партизанам Ковпака удалось уйти лишь некоторым легионерам. Но этого было достаточно, чтобы немцы окончательно поняли: использовать Татарский легион в боевых действиях на Вос-точном фронте не удастся.
Стараясь всё же достичь своей цели, немцы во Франции пустили слух о жестокости потомков «татаро-монгол», огнем и мечом прошедших по Европе. Постарались и эмблему легиона выбрать соответствующую. Насколько эта затея удалась, можно было судить по настороженности французов при первой встрече, да позднее - по убежденности сотрудников СМЕРШа и КГБ, о которых уже говорилось. Что было на самом деле - зафиксировано в свидетельствах самих французов. Вот перевод с французского показания господина Биго:
«Я, нижеподписавшийся Евгений Биго, член коммунистической партии Луарского округа Франции удостоверяю, что имел непосредственную связь с советским солдатом Утяшевым Амиром (Александром) с конца ноября 1943 г. по 28 июля 1944 г., до того дня, когда он ушел в партизаны. Снова возобновились наши встречи после освобождения г. Ле-Пюи. С декабря 1943 г. Александр в течение нескольких месяцев поддерживал связь с моим отцом - Клементом Биго. Они приходили втроем с двумя другими советскими солдатами, один из которых назвался Николаем Терегуловым. У нас они слушали радио и изучали французский язык. Мой отец через своих товарищей по компартии имел связь с партизанами. Трое русских просили помочь им перебраться к маки, но отец разрешения на это тогда не получил. Их решили временно оставить в казарме, чтобы иметь возможность знать планы немцев».
Дополняет брата Эжен Биго, бывший в годы войны членом федерального бюро Верхне-Лаурской секции ФКП, представителем компартии в департаментском комитете освобождения Верхней Луары. (Жил там же). Он удостоверяет:
«Я имел связь с Александром Утяшевым с конца октября 1943 г. Он хотел уйти в маки с группой русских товарищей и с самого начала нашего знакомства просил меня ему в этом помочь. Посоветовавшись с товарищами, мы попро-сили его остаться в казарме, где он был бы нужнее для Сопротивления, организуя товарищей, наблюдая за немцами и сообщая нам о них.
Александр выполнял наши просьбы. Сообщал партизанам ценные сведения о противнике, вел организаторскую работу в легионе по его разложению. В июле 1944 г. нависла угроза передислокации легионеров, Утяшев с многочисленной группой товарищей уходит к партизанам г. Ружак, под командование майора Когалъона. Участвовал в боях против немцев в районе Баинса. Однажды, переодевшись в гражданскую одежду, Александр возвратился в Ле-Пюи, чтобы увести к партизанам еще один отряд своих товарищей-легионеров. Чудом ему удается избежать ареста местной полиции. Получив позднее звание капитана французских партизан, он участвовал уже во главе своего отряда в боях против немецкого гарнизона в Ле-Пюи, в акциях под Аллегро и Ле-Монтан».
Свидетельства эти относятся к ноябрю 1945 г., когда Утяшев с товарищами собирался возвратиться на Родину. Нуж-но было подтвердить свое участие в сражениях против немцев. Потому на документах стоят не только подписи братьев Биго, но и скрепленные печатями автографы генерального секретаря Верхне-Луарской секции ФКП, мэра Ле-Пюи.
Для бдительных ловцов врагов и предателей из СМЕРШа эти свидетельства были пустым звуком. Может быть, в них, действительно приводились лишь случайные, не характерные факты? Приведу еще один документ, составленный 5 апреля 1945 г. подполковником Сержем Запальским, начальником партизан Верхне-Луарского округа, командующим французскими внутренними силами Ле-Пюи.
«В Советскую Военную Миссию г. Парижа
Среди военнопленных красноармейцев, находившихся в подразделениях немецкой армии, было немало тех, кто поддерживал тесную связь с партизанами Луарского округа. Многие из них помогали разложению Татарского ле-гиона, часть которого впоследствии присоединилась к французским партизанам.
Особо я могу отметить:
1. Капитан Аксенов, родившийся 13 декабря 1913 г. в Москве, адрес жены - Москва-112, ул. Душевская, 7-11. Был организатором 1-й Русской партизанской группы (образовавшейся из числа бывших легионеров.- М.Ч.), с которой 28 июля 1944 г. прибыл в лес около г. Ружак. Очень храбрый, он был убит в бою, героически сражаясь во главе отряда против немцев в местечке Баинс Верхне-Луарского округа (Южная Франция) 11 августа 1944 г.
2. Капитан Александр Утяшев, родившийся 15 сентября 1919 г. в Башкирии, близ Благоварска, в деревне Каргали. Адрес жены - ТАССР, г. Арск, ул. Интернациональная, 35. Был организатором и комиссаром 1-й Русской партизан-ской группы.
Он совместно с капитаном Андреем Аксеновым привел эту группу к маки, в лес. После смерти Аксенова капитан Александр командовал группой русских партизан и увеличил ее численность.
Со своим отрядом Утяшев участвовал в боях под Баинсом, где освободил из плена 22 русских солдата. С большим успехом участвовал также в боях под Аллегро, Монтан. Принимал участие в розыске и аресте немецких солдат и французских фашистов в районе г. Соги (Верхне-Луарский округ). В день освобождения г. Ле-Пюи его группа насчитывала 118 вооруженных добровольцев. Эти люди были дисциплинированны, пригодны для боев, сплочены вокруг своего командира и верны памяти погибшего капитана Аксенова.
Отряд Утяшева был всегда готов драться до последней капли крови и своей храбростью служил примером для французских партизан.
За успехи в разложении легиона, за хорошее командование и прекрасную организацию своего партизанского отряда старший лейтенант Александр Утяшев получил чин капитана французской армии и французский Военный Крест.
Признавая важность результатов, полученных с помощью этих блестящих патриотов, их неоспоримую чистосердечность, я просил бы довести это до сведения Высшего Командования Красной Армии. Подполковник Запальский».
По-настоящему представители советской власти обратили внимание на этот документ лишь в декабре 1961 г. На нем есть пометка переводчика следственных органов: «По содержанию перевод правилен. 2.12.61 г.».
Не менее интересно и свидетельство Запальского, относящиеся к гораздо более позднему времени. Выступая 11 августа 1990 г. на митинге в Баинсе, состоявшемся в честь приезда Амира Утяшева на празднование годовщины ос-вобождения города, подполковник сказал:
«...Мы должны отдать должное моему другу Утяшеву, капитану Александру. Он смог своей преданностью, своими действиями вновь сделать актуальной память о погибших товарищах... Сегодня я хочу подтвердить, что именно здесь, точнее в Ружаке, 26 июня 1944 г. была задумана стратегия возвращения в строй русских солдат (легионеров - М.Ч.), силой зачисленных в вермахт. С этого, здесь, в Баинсе началось поражение немцев. Стратегия была действительно уникальная для французского Сопротивления, и о ней, как ни странно, мало знают. Удалось не только пополнить состав маки вооруженными солдатами, но и снизить боеспособность противника, подорвать его моральный дух. И все это с наименьшими людскими потерями. Нам это удалось. Немецкий генеральный штаб и лично майор Шмелинг признали свой провал... К 12 августа 1944 г. уже 188 русских военнопленных перешли к маки добровольно, без всякого принуждения. Когда же капитан Александр передал мой приказ остальным легионерам отказаться от боя с нашими партизанами, они выполнили этот приказ. Армия немцев была дезорганизована. С переходом легионеров в ряды маки соотношение сил резко изменилось: 1260 партизанам противостояло лишь 286 немцев и 36 их французских пособников (полицаев). Им ничего не оставалось делать, как сдаться в плен...
Но стоит вспомнить и 11 августа 1944 г. - день освобождения Баинса. Нас, четверых партизан, арестовала немецкая рота, поставили нас у стены на площади. Вскоре рядом с нами оказались и схваченные капитан Сегель с двумя товарищами. Положение создалось очень серьезное. Нашу участь несколько облегчил мэр Баинса, господин Мубер, но Сегеля освободить все же не удалось. В момент, когда наши отряды оказались без командиров, русский отряд, во главе с Аксеновым и Утяшевым, начал приступ Баинса. Они пошли в атаку без бахвальства - серьезные и молчаливые, желающие победить, с примерной боевой дисциплиной.
Немцы потеряли в том бою 16 солдат, 3 офицеров и 6 унтер-офицеров. Отряд партизан потерял 7 человек, среди которых был капитан Аксенов, солдат Зубаиров и еще один неизвестный русский...
Благодарный Баинс высек на камне имена погибших, признал их детьми страны... Прекрасный образец боевого братства».
Согласитесь, в этой речи содержится достаточно серьезное признание заслуг легионеров, сыгравших решающую роль в освобождении Баинса, а позднее и г. Ле-Пюи. Правда, отмеченный бой еще не был именно освобождением города. Вот как описывает дальнейшие события мэр Баинса послевоенного - господин Мишель Деколен:
«В битве при Баинсе участвовал отряд, большую часть которого составляли русские и татары под командованием Александра Утяшева... Обескураженные немцы понесли потери, маки вошли в город, взяли в плен немецких сол-дат... Когда все утихло, убитых и раненых транспортировали в мэрию. Партизаны освободили заключенных и вернулись на свои базы... Но спокойствие не было долгим, новый немецкий отряд прибыл из Ле-Пюи, окружил Баинс, взял заложников из числа мирных жителей... К счастью, обошлось без массовых расстрелов, но погиб капитан Сегель - принял мученическую смерть... Наш долг - увековечить память всех погибших в боях с фашизмом.
Я хотел бы сказать слова приветствия капитану Александру Утяшеву, который в течение 45 лет жил с надеждой вернуться на землю Франции, чтобы поклониться могилам своих соотечественников, погибших при Баинсе, встретиться с друзьями и восстановить правду об участии Татарского легиона в борьбе французских партизан. Татары всегда сражались против немцев. Александр Утяшев хочет, чтобы его признали не только здесь, но и на его родине.
После 8 лет заключения в СССР его реабилитировали, и теперь он хочет добиться признания заслуг и своих соотечественников из Татарского легиона. Я отдаю честь Вашим страданиям...»
Слова мэра ясно говорят о том, на чьей стороне сражались легионеры в Ле-Пюи. Не менее убедительны и свиде-тельства простых жителей Баинса. О действиях Утяшева и событиях после штурма Баинса рассказывает жительница города мадам Иветта Бонне-Кюбизоль:
«22 августа 1944 г. к нам домой пришел господин Александр Утяшев с Марией-Розой Рош, чтобы попросить меня отнести записку в госпиталь повару. В записке Александр назначал свидание этому человеку у моих родителей. Мы пошли в госпиталь с Марией-Розой, Александр остался ждать.
В госпитале располагались немецкие казармы (легион был расквартирован там же - М.Ч.). Вход охраняли часовые, но среди них оказался знакомый солдат, он пропустил нас на территорию госпиталя. Повар, которого мы искали, находился за окном первого этажа. Мы ему сделали знак следовать за нами. Он покачал головой - «нет». У другого окна был Амид Асанов - азербайджанец-санитар. Он хотел уйти к партизанам со своим другом Каримом. Я сделала ему знак следовать за нами. Когда он подошел, я отдала ему записку. Прочитав ее, Амид пошел с нами на встречу с Александром.
Встретились они в нашем доме. Сидели в зале и готовили побег русских солдат вечером из казарм. Моя сестра Де-низа и мама тоже были в кафе и следили за улицей. Через некоторое время мама заметила, что квартал окружен немцами и велела Марии-Розе идти к себе. За нашим кафе был двор, отделенный достаточно высокой стеной от соседнего дома, веломастерской сыновей Бувье. Александр и Амид выскочили во двор через окно, преодолели стену и едва скрылись от немецких солдат. Жандармы обыскали в нашем кафе и доме все, даже погреб. Никого не обнаружив, они схватили меня и сестру Пьеретту, отвели в комендатуру. Оттуда нас повезли на допрос в СС. Нас допрашивали вместе и отдельно.
Через некоторое время мы узнали, что Амида поймали. Нам устраивали очные ставки с ним. Александру удалось уйти в маки, в лес под Ружаком. Он принял участие во многих боях и освобождении Ле-Пюи, ан Веле, где мы жили с родителями. Ле-Пюи был освобожден ночью с 18 на 19 августа 1944 г.».
Эти сообщения французов - лишь штрихи в многоплановом полотне событий, которые развернулись в 1944 г. в районе Ле-Пюи. Каждое в отдельности не может восстановить всю логическую цепь подпольной работы в легионе. Но опираясь на подтвержденные свидетелями факты, можно увереннее излагать воспоминания самого капитана Николаса. Под этим псевдонимом Утяшев был известен и фашистам, которые за его поимку обещали в листовках приличную сумму. На имя капитана Николаса-Утяшева выдано и удостоверение о награждении двумя государственными наградами Франции - военными крестами...
Предположим, что свидетельства полковника Запальского, членов французской компартии из Ле-Пюи, жителей Баинса и его мэра - сфабрикованные лжесвидетельства (как предполагал 45 лет назад следователь НКВД). Но как объяснить тот прием, который был устроен гостю из далекого Татарстана во Франции в 1990 г.? Вот цитаты из некоторых местных газет того времени:
46 лет спустя. Возвращение русского макизара
на места боев при Баинсе.
Из газеты департамента Верхняя Луара, от 3 августа 1990 г.
«В этот четверг господин Деколен, мэр Баинса отправился в Париж, чтобы встретить в аэропорту Александра Утяшева из Казани... Спустя почти полвека русский боец возвращается на места боев и кладбище Вержезак, где погребены трое его соотечественников. Этот визит связан с Сопротивлением, точнее, с боем при Баинсе. Подробнее об этом можно прочесть в книге Фернана Буате «Каменные свидетели пролитой крови».
...В немецком гарнизоне, который был расквартирован в Ле-Пюи, и имел задачей боевые действия с Сопротивлением, были русские из числа военнопленных. Точнее это были татары («монголы», как их называли местные жители), силой вовлеченные в легион. По мере того, как Сопротивление крепло, добрая сотня легионеров дезертировала и присоединилась к маки капитана Сегеля в Ружаке и в районе Иссенжо. Не удивительно, что в бою макизаров с немцами при Баинсе из 6 погибших партизан 3 были бывшими легионерами - Андрей Аксенов, капитан, летчик; Газизян Зубаиров и неизвестный солдат.
Среди выживших в том бою - Александр Утяшев. Сбежав из легиона, он принял участие в боях Сопротивления...»

Баинс: годовщина битвы 1944 года.
Из газеты «Трибуна» от 13 августа 1990 г.
«...Перед монументом павших в Баинсе собралось около 200 человек. Церемония была в этом году особой благодаря визиту капитана Александра Утяшева из СССР. Многие из бойцов Сопротивления, как тогда, были рядом с ним... Депутат Верхней Луары господин Прориоль воздал честь бойцам французского Сопротивления, потом, повернув лицо к русскому офицеру, заверил: «Это празднование напомнит каждому из нас, что в немецкой армии были многие русские, вовлеченные туда силой и перешедшие на сторону партизан».

Возвращение Александра Утяшева. Из газеты «Трибуна»
«...Александр Утяшев выполнял важное задание французских партизан, поставлял им сведения о противнике. С июля 1944 г. он уходит в маки и уводит с собой многочисленную группу товарищей. Они присоединяются к отряду под командованием Когальона в Ружаке. Участвуют во многих действиях против немцев. Трое бойцов из числа бывших легионеров погибли в боях с немецкими гарнизонами...
...После освобождения, так и не получив второй Военный Крест, которым его наградило командование Сопротивления, Александр Утяшев возвращается на Родину, в Советский Союз. Там его принимают как изменника, приговаривают к 25 годам и поражению в правах на 5 лет. Он будет освобожден лишь через 8 лет и будет ждать 1962 года, «десталинизации», чтобы получить официальную реабилитацию. И все же он не имеет всех прав бывшего солдата. Вернувшись в Баинс, Утяшев надеется найти признание. Может быть, этот визит сдвинет ход его дел на Родине».

Участники Сопротивления вспоминают:
вокруг Александра Утяшева.
Из газеты «Левэй» от 14 августа 1990 г.
«...Возданы почести воевавшим в Баинсе участникам Сопротивления, в том числе и русским бойцам (их было 118 человек в отряде Верхней Луары), которые перешли к партизанам из легиона... Бывший руководитель подпольной организации в Ле-Пюи Утяшев получил реабилитацию после 8 лет лагерей в СССР. Теперь он пытается добиться реабилитации своих товарищей-соотечественников.
...Возложив цветы на могилу погибших товарищей, старый человек не смог сдержать слез... У памятника последнее слово сказал представитель генерального совета Прориолъ, который поблагодарил господина Утяшева - человека и освободителя: «Война заставила Вас прийти сюда силой, - сегодня мир ведет Вас в наш департамент добровольно».

Списки тех, кто принимал активное участие в Сопротивлении, сменив мундир легионера на кожанку маки, также сохранились. Среди рядовых макизаров департамента Верхняя Луара соотношение в августе 1944 г. явно в пользу «русских» - легионеров разных национальностей Поволжья. Хотя легион назывался «Татаро-Башкирским», в списке макизаров можно встретить имена представителей далеких от Поволжья республик. Так, наряду с казанцами Талгатом Хамитовым, Гарафом Фахрутдиновым, Абдуллой Ямамутдиновым, Гумаром Асибаковым, Салахом Сагдиевым, Абдрахманом Галяутдиновым в нем значатся азербайджанец Тауфик Тагиев, хакасс Андрей Шурышев, астраханцы Муратов Хабибулла, Самигулла Ахметьяров, москвич Андрей Аксенов, грузин Александр Тевзадзе.
К сожалению, архивные списки не могли сохранить фамилии всех участников событий. Не мудрено. Если сначала подпольная группа формирования насчитывала лишь несколько человек, то к осени 1944 г. на сторону партизан перешел практически весь Татаро-Башкирский легион, расквартированный в Верхней Луаре. Происходило это так.
Еще будучи в Польше, в Едлино, Амир Утяшев познакомился с легионерами Акрамом Мамлеевым и Рахимом Саттаровым, которые «вывели» его на Мусу Джалиля. Тот, узнав, что Утяшев - бывший политрук, рассказал о главной цели подпольной работы в легионе: готовиться к переходу на сторону партизан. К тому времени результаты работы были налицо - один из батальонов легиона ушел к белорусским партизанам. Это было сигналом для остальных.
Но насторожились и гитлеровцы. С помощью провокатора им удалось выявить ядро подполья легионеров в Берлине и Польше. Были арестованы 12 человек, приговорены позднее к смерти и названы джалильцами. Батальон, в составе которого оказался Утяшев, немцы перебросили во Францию. Спустя несколько месяцев Утяшеву и его товарищам - Нигмату Терегулову, Андрею Аитову, Федияту Рахимову, Григорию Разяпову удалось установить контакты с местными патриотами и партизанами. Получив рекомендацию до определенного момента оставаться в казармах, легионеры сколотили группу, готовую в любой момент уйти в леса. Как только такой момент настал, первая рота в количестве 109 человек, возглавляемая Ф. Рахимовым, ушла к партизанам в местечке Сант-Жиль, что в 8 км от г. Уссель. Позднее отряд соединился с бывшими солдатами грузинского легиона в районе г. Тюль департамента Коррез. За участие в боевых действиях против фашистов Ф. Рахимов награжден орденом Почетного легиона.
Вскоре пришла очередь Утяшева и Аитова. Сняв караул в своей казарме, они ушли к партизанам вместе с 18 своими товарищами, через неделю вторая группа из 18 человек и позднее - 36 человек. Впоследствии численность отряда перевалила за сотню.
В результате действий легионеров-партизан после боя в Баинсе в августе 1944 г. отряд пополнился еще сотней бойцов. Через некоторое время к партизанам ушел отряд легионеров во главе с Гаяном Ахметшиным, 26 человек, с ветеринарным фельдшером Ахметовым с караулом города и тюрьмы - 300 человек. Не остались в казармах и 200 легионеров группы Салиха Лутфуллина. Завершил развал фашистских планов массовый переход 800 легионеров, расквартированных в Леоне. Активную роль в этом сыграл Александр Садыков. Полуторатысячный отряд, пополнивший ряды французских партизан, резко изменил соотношение сил в этом регионе Франции.
Немецкие гарнизоны были разбиты или пленены. К концу 1944 г. ряды бывших легионеров пополнились еще 200 советскими гражданами, угнанными на территорию Франции в плен.
Тысяча легионеров-макизаров преобразована французским командованием в 352-й батальон, который нес службу в Ле-Пюи до августа 1945 г. Амир Утяшев, будучи заместителем командира батальона, назначен и старшим группы партизан-легионеров, которые изъявили желание вернуться на Родину. 18 августа 1945 г. большинство членов отряда Утяшева направилось домой. Но доехать до дома суждено было не всем. Лишь единицы успели добраться до родных мест прежде, чем их арестовали сотрудники НКВД. 1 сентября Амира Утяшева (уже на полпути, во Франкфурте-на-Одере) арестовала армейская контрразведка. 18 ноября 1948 г. Военный трибунал приговорил его к 25 годам лишения свободы «за измену Родине», с поражением в правах на 5 лет. Расстрела ему удалось избежать чудом.
В наши дни А.Г. Утяшев стал инициатором создания Ассоциации участников французского Сопротивления - жителей Поволжья. Он избран ее председателем. Организация ведет активный поиск бывших макизаров, стремится к тому, чтобы участники партизанского движения реабилитированы и им возвращены права и льготы участников Великой Отечественной войны. Только хватит ли для этого капитану Николасу оставшейся жизни? Судя по всему, дело восстановления справедливости движется медленно.

Фото: 
Ключевые слова: 

 


Владелец домена, создание и сопровождение сайта — Елена Сунгатова.
Первоначальный вариант Книги Памяти (2007 г.) предоставлен — Михаилом Черепановым.
Время генерации: 0.113 сек